Ростовский областной комитет КПРФ

Сейчас вы здесь: Главная » Новости и события » Комментарии » Единороссы и жириновцы проголосовалипротив депутата-коммуниста на основе лживого доноса
Вторник, 16 Окт 2018
Рейтинг пользователей: / 0
ХудшийЛучший 

Единороссы и жириновцы проголосовалипротив депутата-коммуниста на основе лживого доноса

Печать

С января 2012 года правоохранительными органами Ростовской области была организована травля одного из лидеров Донских коммунистов, депутата Государственной Думы РФ шестого созыва Бессонова Владимира Ивановича. С целью прекращения его политической деятельности был сфабрикован материал, по которому В.И. Бессонов, якобы избил двух и более сотрудников полиции.
В связи с явными пробелами в сфабрикованном «деле», процесс длится более 6 лет. В январе 2018 года основные события переместились в суд.


Доверять свидетелям обвинения - сотрудникам полиции и подчинённым потерпевшего - нет сонований!


5 июня 2018 года в Кировском районном суде Ростова-на-Дону были продолжены слушания по делу В. Бессонова, место нахождения которого неизвестно.


Судебное заседание началось с заявления адвокатом Олейник ходатайства о комплексном психолого-лингвистическом исследовании видеозаписи событий 2 декабря 2011 года.


Прокурор Кашубина и судья Кравченко: «Отказать».


Далее было рассмотрено ранее внесённое адвокатом Олейник ходатайство об оглашении отдельных материалов уголовного дела.


Прокурор перечислила документы, против оглашения которых она возражает. Очередное выборочное отфильтровывание наиболее важных для стороны защиты документов вызывает бурю протеста у адвокатов В. Бессонова.


Адвокат Олейник: «В качестве доказательств защиты могут быть использованы любые документы из материалов дела, а не только те, которые разрешает прокурор».


Судья: «Суд не возражает против назначения комплексной экспертизы».



Далее на процессе выступила свидетель защиты Кислицына И.И.


Адвокат Аграновский попросил свидетеля рассказать о событиях 2 декабря 2011 года.


Свидетель Кислицына: «Как корреспондент газеты «Донская Искра» я участвовала в этой встрече. Требование полиции, адресованное к депутату Госдумы Коломейцеву Н.В. об обеспечении свободного прохода в полпредство, сразу же было исполнено. Несмотря на спокойный характер встречи, на стадии её завершения, один из полицейских стал вести себя вызывающе, без единого объяснения своих действий, с огромным напором, он стал прорываться к электрогенератору, питающему звукоусилительную аппаратуру.


С другой стороны началось такое же движение другого полицейского. В момент попытки разрушения аппаратуры Грачёвым, В. Бессонов направился к аппаратуре, но никаких ударов Грачёву не наносил. Я стояла по правую руку от В. Бессонова и пыталась фиксировать происходящее на видеокамеру. И Грачёв и В. Бессонов были рядом со мной. В. Бессонов погоны с Грачёва не срывал, а шапку сбил с Грачёва кто-то из собравшихся на встречу. Ещё его кто-то ударил древком флага по голове».


Адвокат Аграновский задал вопросы свидетелю по поводу ударов потерпевшему Мышенину.


Свидетель: «Кроме ударов древком никто никому никаких ударов не наносил. Если бы что-то было, то это невозможно было бы не заметить. Кроме того, моему коллеге Толмачёву Грачёв давал интервью и у него всё было в порядке».


Адвокат Олейник: «Ходатайствую о предоставлении свидетелю возможности просмотра видеозаписи, чтобы он мог показать на видеозаписи всё, о чём дал показания».


Прокурор: «Не возражаю».


Судья: «Отказать. Суд сам в состоянии определить содержание видеозаписей».



Далее адвокат Аграновский внёс ходатайство о повторной медицинской экспертизе мед. документов на потерпевших Грачёва и Мышенина, в котором обосновал свои возражения на отказ суда в проведении повторной экспертизы под предлогом ускорения процесса. «Ускорять процесс за счёт прав защиты необоснованно и незаконно. Доверять свидетелям обвинения – сотрудникам полиции и подчинённым потерпевшего – нет оснований» - отметил адвокат Аграновский.


Далее адвокат Аграновский огласил примеры решений Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ) по аналогичным нарушениям, где имелся отказ суда от повторных экспертиз.


«Стороны защиты и обвинения и так изначально не имеют равных прав. Защита в отличие от стороны обвинения не имеет полномочий проводить обыски, выемки и т.п. В таких условиях тем более, защита не может быть лишена права на повторную экспертизу» - аргументировал свои доводы адвокат Аграновский.


Судья: «Никаких новых доводов в ходатайстве не приведено, кроме примеров решений ЕСПЧ (Пичугин против России) и анализа моего собственного постановления об отказе. А этот анализ будет делать суд 2-й инстанции!»


Адвокат Олейник: «Суд уверен в обвинительном приговоре?»


Судья: «Приговор может быть и оправдательным, но апелляцию может подать прокурор и он обязательно подаст».


Адвокат Аграновский: «И мы подадим, в т.ч. в ЕСПЧ».


Прокурор: «Новых доводов не имеется. Отказать».



Адвокат Олейник продолжил оглашение документов, допущенных к таковому. Попытки адвоката акцентировать внимание суда на содержании ряда документов, вновь наталкиваются на яростное и категоричное сопротивление и судьи, и прокурора.


Адвокат Олейник попросил суд сослаться на норму УПК РФ, запрещающую стороне защиты в ходе оглашения документов указывать на противоречия и несоответствия...


Судья: «Я не обязан перед вами отчитываться. Отстраняю вас от сегодняшнего заседания!»


Адвокат Олейник: «Действия судья незаконны».


Адвокат Аграновский: «Адвокат Олейник не нарушал никаких правил. Он хотел довести точку зрения…»


Судья: «Ничего. Вы за него донесёте!».


Адвокат Ткачук: «Адвокат удалён в момент оглашения своего возражения и своей позиции».


Судья: «Суд не направляет пока письмо в адвокатскую палату, но я буду вынужден это сделать!»


Адвокат Аграновский: «Ходатайствую о переносе судебного заседания, т.к. у нас есть определённое распределение обязанностей и все подготовленные материалы ушли с удалённым из зала суда защитником. Мы оглашаем процессуальные документы, которые имеют значение для дела, свидетельствуют о процессуальных нарушениях…»


Судья: «Всё это в прениях. Не надо затягивать процесс!»


Адвокат Аграновский: «Шесть лет тянется дело не по нашей вине!»


Судья: «Суд переходит на трёхдневный график работы, чтобы ускорить процесс».


Судья встаёт и спускается с судейского помоста.


Адвокат Аграновский (вслед уходящему судье): «Почему ускорение процесса происходит именно на стадии защиты?»



Слушатель на процессе.
5 июня 2018 года.

 


Суд выполняет функцию уголовного преследования!


7 июня 2018 года судебное заседание началось с заявления адвокатом Олейник возражений под протокол по факту незаконного своего удаления из зала суда на прошлом заседании. Связал эти действия с намерением суда лишить защиту права представлять свои доказательства. «В таком виде суд выполняет функцию уголовного преследования» - резюмировал адвокат Олейник.


Судья Кравченко: «Хорошо. Ваши возражения внесены в протокол и записаны на «Фемиду».

(«Фемида» - гос. система аудиофиксации судебных заседаний).



Адвокат Олейник продолжил оглашение документов, допущенных к таковому. Из служебной характеристики на потерпевшего Грачёва, подписанной генералом Лапиным стало известно, что Грачёв был награждён медалью ордена «За заслуги перед Отечеством 2-й степени», а потерпевший Мышенин получил премию «за действия в особо сложной обстановке». Подписал приказ о премировании «потерпевшего Мышенина» другой «потерпевший» – Грачёв.


(Настоящие заслуги Грачёва и Лапина «перед Отечеством» позже оценит специальная комиссия МВД РФ, по итогам которой оба начальника будут уволены из МВД аккурат за фальсификацию уголовных дел.

Разгон людей, женщин и стариков, пришедших на встречу с законно избранными депутатами, оказывается, называется «действиями в особо сложной обстановке» и карается премией в размере 125% должностного оклада!).



Далее адвокат Олейник внёс ходатайство о проведении видеотехнической и фонографической экспертизы видеозаписей, анализ которых доказывает невиновность подсудимого, в т.ч. анализ моментов, описанных свидетелями обвинения и потерпевшими как моментов нанесения им ударов В. Бессоновым.


Прокурор Кашубина: «Оснований для дополнительной экспертизы не имеется. Прошу отказать».


Далее последовали сплошные отказы на ряд других ходатайств защиты. Все попытки обосновать необходимость доп. экспертиз и вызова в суд ряда свидетелей встретили дружный и категоричный отказ прокурора и судьи.


Судья: «Мы не будет здесь вести дебаты».


Адвокат Олейник: «А для чего мы здесь?»


Судья: «Не для юридических дебатов».


Адвокат Олейник: «Именно для обсуждения юридических фактов… Показания свидетелей защиты содержат значительные противоречия, получены с множеством процессуальных нарушений, что является важным для представления доказательств защиты. А суд, заслушав исключительно удобных гособвинению свидетелей, предлагает нам самим приводить в суд остальных свидетелей обвинения, чьи показания лживы. Это разве нормально?!»


Адвокат говорил эти слова, но судья уже ушёл в свои мысли, а потом и сам ушёл вместе с мыслями. Заседание завершилось.



Слушатель на процессе.
7 июня 2018 года.

 


Предыдущий суд подвёл действия полиции под уголовную статью


8 июня 2018 года судебное заседание началось с заявления адвокатом Олейник ходатайства о производстве простой экспертизы 3-х видеозаписей на предмет их фальсификации (монтажа).


Прокурор Кашубина и Судья Кравченко активно возражали.


Далее были поочерёдно отклонены ходатайства стороны защиты о почерковедческом исследовании мед. документов, якобы подписанными врачом Соболевой и об оглашении объяснений потерпевших.



Адвокат Олейник продолжил оглашение документов, допущенных к таковому.


Олейник начал зачитывать письмо надзорного органа о несогласии с порядком проведения следственных действий, в котором перечислены допущенные нарушения…


Прокурор: «Прошу прекратить оглашение письма! Защитой делается всё, чтобы сорвать это заседание… Вместо представления доказательств, которых у защиты нет, оглашаются ничего не значащие листы дела!»


Далее последовали возмущённые до глубины, крайне эмоциональные реплики судьи и прокурора. Адвокат, оставшийся в этот день один в процессе, безмолвствовал. Судья и прокурор попеременно кричали. Создавалось впечатление, что адвокат Олейник только что прочитал чью-то личную переписку или проклятые церковью сатанинские стихи…


Судья: «Дочитайте этот документ и успокойтесь!»


Олейник: «Я совершенно спокоен».


Судья: «Вы в прениях всё это!»


Олейник: «Прошу внести в протокол жалобу на поведение судьи».


Судья: «Вношу в протокол замечание адвокату! Суд напишет письмо в адвокатскую палату о том, что вы намеренно затягиваете процесс!».


Олейник: «Я нисколько не затягиваю процесс. Вот мои черновики, свидетельствующие о подготовке к процессу, вот анализ ряда документов…


Задача суда сейчас, учитывая, что я остался один в процессе, лишить меня любым способом права на участие в процессе и в один день реализовать все формальные процедуры, открывающие путь к вынесению приговора, не встречая возражения защиты».



Олейник начал зачитывать уведомление В. Бессонова о прекращении в отношении него уголовного дела…


Судья: «Это не имеет отношения к делу».


Олейник: «В постановлении о прекращении уголовного дела содержатся основания, повторяющие и усиливающие наши доводы в пользу невиновности В. Бессонова».


Судья: «Суд отказывает вам в оглашении!»


Олейник зачитал постановление мирового судьи Федоренко Е.Ю. о прекращении дела об административном правонарушении в отношении В.И. Бессонова. Решением суда установлено нарушение порядка возбуждения административного дела в отношении В. Бессонова по факту проведения несанкционированного митинга 2 декабря 2011 года, т.к. подобное дело в отношении депутатов, кандидатов в депутаты Государственной Думы РФ может быть рассмотрено только с согласия Генерального прокурора РФ, а его в деле инет. Отсутствие оснований. Дело прекратить.


Олейник зачитал аналогичное постановление мирового суда о прекращении дела об административном правонарушении в отношении Е.И. Бессонова…


(Суд установил отсутствие состава административного правонарушения у организаторов встречи, тем самым фактически подвёл действия полиции по разгону встречи с депутатами под уголовную статью).


Олейник зачитал уведомление Бальзамова Никиты Петровича о проведении массового мероприятия в форме пикета перед зданием областной администрации, на основании которого КПРФ было отказано в проведении митинга на площади Советов.


Цель пикета – представление достижений молодёжных организаций.


(По факту на площади катали детей на верблюде, детском паровозе и «продавали новогодние ёлки» за месяц до Нового года!)


Отдельно в уведомлении указано, что не будет использоваться звукоусилительная аппаратура.


(Из ранее данных показаний свидетеля Хижняковой В.В.: «Я прочитала объявление о митинге за честные выборы. Вышла из подземного перехода к площади Советов, а там всё оцеплено и занято. Причём днём раньше я проходила по площади и она была совершенно пуста. С площади гремела сумасшедшая музыка через огромные колонки, заглушая визгом всю Большую Садовую. Поэтому на встрече с депутатами без своего усиления депутатов было бы не слышно…»)



Олейник: «Прошу дать мне право огласить объяснение Грачёва, в котором он указывает, что Бессонов В.И. давал команду к захвату полпредства, нанёс Грачёву два удара и т.д.»


Судья: «Отказываю. Вношу в протокол замечание адвокату!»


Олейник: «Прошу дать мне право огласить объяснение Мышенина, т.к. я должен буду 2-й судебной инстанции объяснить, почему я не сослаться на противоречия в объяснениях».


Судья: «Отказываю».



Далее адвокат Олейник зачитал уникальный по своему содержанию документ, а именно – представление одного из судов г. Ростова-на-Дону на имя Председателя Госдумы Нарышкина с просьбой лишить В.И. Бессонова депутатской неприкосновенности.


Из текста: «Схватил Бессонов Мышенина за голову и ударил её об ступеньки… Ударил Грачёва по лицу и в туловище…»


Олейник: «Это не отражено даже в показаниях свидетелей и потерпевших!»


Из текста: «Есть видеозапись, где видно, что Бессонов наносит два удара Грачёву…»


Олейник: "Почему же в суде нет этих видеозаписей?"


Эти ложные сведения формировали условия, при которых снималась неприкосновенность с депутата Госдумы».


Прокурор: «Это субъективное мнение защиты! Решение принималось не Нарышкиным, а Думой принималось решение!»


(Действительно, подавляющее большинство депутатов из ЕР и ЛДПР проголосовали шух не глядя за лишение коммуниста депутатской неприкосновенности. Несколько депутатов из ЕР и ЛДПР, не поддержавшие своих однопартийцев, получили за это выволочку. Против стаи пошёл и депутат от ЛДПР Свиридов В.В., который был непосредственным участником и свидетелем рассматриваемых событий).


Олейник: «Их завели в заблуждение».


Прокурор (лукаво): «Но они же дали согласие! Может они руководствовались симпатиями или антипатиями к Бессонову».


Олейник: «Фальсификаторы дела усугубляли мнение коллег о Бессонове как агрессоре, захватчике, избивавшего полковников…


В едином русле клеветы и без надлежащей проверки велось всё это дело незаконного преследования В. Бессонова. Теперь его незаконно пытаются осудить!»


Судья: «Суд отказывает в оглашении представления на имя Председателя Госдумы Нарышкина с просьбой лишить В. И. Бессонова депутатской неприкосновенности».



Олейник зачитал постановление Госдумы об обстоятельствах лишения В. Бессонова депутатской неприкосновенности. В постановлении условием принятия Госдумой решения о снятии неприкосновенности указана обязанность Генпрокуратуры РФ не реже 1 раза в месяц информировать Госдуму о ходе рассмотрения уголовного дела в отношении В. Бессонова.


Как выяснилось на суде - это требование осталось не выполненным.



Далее была допрошена свидетель защиты Бессонова Алина Евгеньевна, племянница В. Бессонова.


Адвокат Олейник попросил свидетеля рассказать о событиях 2 декабря 2011 года и указать свой возраст в то время.


Свидетель Бессонова Алина: «Мне было 12 лет. Я помню, что там было. Всё шло спокойно, но потом мужчина в полицейской одежде попытался отключить аппаратуру. Но люди его не пропускали к ней».


Адвокат Олейник: «В. Бессонов что в это время делал?»


Свидетель: «Он тоже пытался закрыть собой аппаратуру».


Адвокат Олейник: «Он наносил удары полицейским?»


Свидетель: «Их никто не бил. Наоборот, Николай Васильевич Коломейцев и Владимир Иванович Бессонов подхватили одного полицейского, падающего со ступенек. Он пытался отключить другую какую-то аппаратуру, которую если отключить, то ничего не будет работать (речь идёт о генераторе).


Когда началась потасовка, меня отвели в сторону люди, отвечавшие за безопасность на встрече с депутатами. Было очень страшно. Когда налетели на аппаратуру…»


Судья: «Давайте конкретнее!»


Свидетель: «В. Бессонов сначала подбежал к одной части аппаратуры, а потом к другой. При этом он никого не бил. Потом я подошла после окончания встречи к отцу и к своему дяде - они спокойно говорили с полицейскими. Ни у кого из них не было никаких синяков, ссадин и царапин».


Адвокат Олейник: «Были ли попытки задержания вашего отца или дяди?»


Свидетель: «Нет».


Адвокат Олейник: «Были ли призывы к захвату здания, рядом с которым проходила встреча, был ли перекрыт проход в него?»


Свидетель: «Нет. Проход был свободен. Призывов таких не было».


Прокурор: «Где вы стояли? Возле микшера и микрофона?»


Свидетель: «Нет, я стояла возле другой аппаратуры (речь идёт о генераторе)».


Прокурор: «Сколько вам было лет и какого вы были роста?»


Свидетель: «12 лет. Я высокая – 160-165 см. был мой рост».



Очередное заседание суда назначено на 19 июня.



Слушатель на процессе.
8 июня 2018 года.



Rambler's Top100